На прошедших праздничных выходных орловские умельцы и таланты из артели мастеров «Зубры» впервые представили сувениры и подарки «Бирюзового кольца России» на рождественском фестивале «Путешествие в Рождество» в Москве.
Свои ярмарочные павильоны развернули 32 региона. Орловщина впервые была представлена в столицы наравне с опытными участниками фестиваля.
Гости фестиваля могли приобрести свистульки, книги, поделки и брендированные магниты. Самым дорогим товаром стал рушник, расписанный в технике орловского списа.«В числе представленного орловской делегацией был настоящий «бриллиант» – словарь таинственного голохвайского наречия, зародившегося в Орловской области. Некоторые, представленные в нём слова, забыты, например, загорбить, шмурняк, и зашволить. Но многие прижились и дошли и до сегодняшних дней: клёво, допедрить, кемарить, туйбень», — рассказали журналисты ОГТРК.
Пока издано только 57 экземпляров, которые будут разыграны в конце января между покупателями сувенирной продукции. Впрочем, в скором времени в регионе будет издано второе, расширенное издание.
Орловская феня
Истории вокруг возникновения голохвайского языка настолько удивительны, что ОрелТамйс не может не поделиться ими с читателями.
По сути, как отмечают историки, голохвайский язык — не что иное, как офеня (по нашему, феня). Вместе с тем, его происхождение до сих пор полноценно не изучено. Известно, что своё имя голохвайский язык получил от деревни Голохвастово, расположенной в 30 километрах от Орла. Весной сюда не проедешь, потому что «дрябоха хлит», то есть, вода течёт.
Журналистов, которые изредка появляются в деревне, бабушки встречают фразой: «Вербухи хило вершают», то есть, глаза плохо видят.О происхождении голохваев и их наречия ходит много домыслов. Версий появления на орловской земле предков этого странного племени существует не меньше десятка. Одна из них такова: мол, в XVIII веке некий помещик получил на Орловщине кусок земли.
«Чтобы иметь с владения доход, его требовалось заселить крепостными. Вот тогда-то якобы и была перевезена в орловские края целая деревня северян-иноземцев, говоривших на непонятном, непереводимом и только весьма отдалённо напоминающем финский языке», — пишет журналист Тихон Михайлов.
Голохваи шорничали, то есть, делали конскую упряжь. Непонятное для окружающих лопотание позволяло им безнаказанно «надувать» покупателей и, не стесняясь в выражениях, сплетничать о господах, зачастую отборным голохвайским матом. Вместе с падением спроса на упряжь стал умирать и язык.
«Это естественно, ведь голохвайский язык — не что иное, как феня. В языке орловских шорников была своя характерная и наводящая на размышления особенность — в нём широко использовались слова воровского жаргона: например, климать (красть), дермать (обманывать), куропатить (портить). Кроме того, в нём было полно откровенно неприличных оборотов, сохранившихся в памяти народной до наших дней. Созданный искусственно в определённой среде и с определённой целью, он должен был повторить участь всех условных языков: как только в них отпадает нужда, они перестают использоваться и забываются», — рассказала журналисту Тихону Михайлову профессор Орловского государственного университета и доктор филологических наук, а также редактор Словаря орловских говоров Татьяна Бахвалова.
Вот такая уникальная наша Орловщину. К слову, Голохвастово по-прежнему живёт, хоть и всего пятью избами. Так что, если хотите в Голохвастово «побряить брухванку» (поесть курицу), не забудьте «привачить смарь» (привезти хлеб).
Свежие комментарии