О пневмонии и вообще об инфекциях написано много. Однако вопросов у людей не уменьшается. Как правильно лечить пневмонию? Когда назначают противовирусные препараты, а когда антибиотики? Есть ли польза от арбидола? Чем грозит отказ от прививки против пневмококковой инфекции? Об этом ОрелТаймс рассказала заведующая инфекционным приёмным отделением больницы им.
Боткина Екатерина Студенникова. Тяжёлые пациенты— Екатерина Игоревна, какие инфекции сейчас «гуляют» в Орловской области?
— Из инфекций, передающихся воздушно-капельным путём, сейчас преобладают риновирусы, таких больных наибольшее количество. С коронавирусом людей стало значительно меньше — в наших боксах на лечении находится всего четыре человека. А вот с бактериальными пневмониями лежат 34 человека.
Если говорить в целом, то в настоящий момент количество вирусных инфекций значительно снизилось по сравнению с осенне-зимним периодом. Преобладают общие инфекции — ветряная оспа, рожистые воспаления, лакунарные ангины, герпетические заболевания.
— Какие из инфекций особенно настораживают Вас?
— Бактериальные пневмонии. Сейчас они наблюдаются преимущественно у возрастных людей, а также у тех, у кого ослаблен иммунитет, есть сопутствующие заболевания, которые отягощают течение инфекции. Таких пациентов очень тяжело лечить.
— Сколько в среднем в день поступает больных с пневмониями?
— Сейчас порядка 5 – 9 человек в сутки. Если взять осенне-зимний период, доходило до 15. В настоящий момент таких пациентов немного, но практически все они очень тяжёлые. И прогноз бывает, к сожалению, неблагоприятный.
— Неблагоприятный значит летальный?
— Да.
Последствия — самые страшные
— Какие могут быть последствия у переболевшего пневмонией?
— Во-первых, это плевриты — скопление жидкости в лёгких. В таком случае мы подключаем других специалистов, например, торакальных хирургов из областной клинической больницы.
Могут быть осложнения в виде гидроперикарда — скопление жидкости в сердце. При пневмонии осложняется сердечная недостаточность, повышается давление. Также воспаление может перейти в хроническое заболевание лёгких — обструктивную болезнь лёгких, хронический бронхит.
Частым осложнением является тромбоэмболия — закупорка сосудов тромбами, а также инфаркты. У нас бывали случаи, когда привозили пациента с подозрением на пневмонию, а у него на самом деле случился инфаркт с отёком лёгких. И таких больных немало. То есть пневмония таит в себе массу угроз.
— Есть воспаления, которые проходят бесследно?
— Да. В основном, они бывают у молодых людей. Нередко бывают случаи, когда сам больной узнаёт о том, что он перенёс пневмонию, только после прохождения КТ или флюорографии. Это становится понятным по фиброзу, который виден на снимках. Однако с ним бороться бессмысленно, он не проходит, так как мёртвая ткань уже не восстанавливается. Даже у молодых.
Такая разная пневмония
— Расскажите, в чём отличие бактериальной и вирусной пневмонии, кроме возбудителя?
— Вирусные пневмонии более контагиозные, то есть заразные, потому люди к ним восприимчивее. Передаются воздушно-капельным путём. Их сейчас вызывают даже риновирусные инфекции. Говоря обычным языком, это сильный насморк, который ещё лет 10 назад не провоцировал воспаление лёгких. Теперь же это достаточно частое явление.
Бактериальные пневмонии, которые мы сейчас видим, встречаются в основном, у возрастных людей. Почему они возникают? Есть понятие близкого контакта — это расстояние до одного метра. Например, бактерия пневмоккок передаётся воздушно-капельным путём как раз при таком близком контакте. При иммунодефицитных состояниях, при провоцирующих факторах – таких как переохлаждение, при снижении микрофлоры ротовой полости и кишечника попавшая бактерия вызывает воспалительный процесс в лёгких.
Но даже если пневмококк от одного человека при разговоре попал к другому человеку, то последний не обязательно заболеет бактериальной пневмонией, всё зависит от иммунитета, от микрофлоры в ротовой полости и кишечнике.
— Человек может заподозрить, какая у него из пневмоний?
— Может. Вирусная инфекция как правило сопровождается катаральными явлениями — насморком, першением в горле, болями при глотании, в мышцах и суставах, также присоединяется головная боль. Температура держится в районе 37,5 — 38,5°C.
При бактериальной пневмонии температура под 40 с потрясающим ознобом, сначала сухим, затем влажным кашлем, появляется мокрота гнойного характера.
При гриппе и при коронавирусе тоже температура под 40, но есть и катаральные явления.
Ненормальная ситуация с антибиотиками
— При пневмонии обычно назначают антибиотики. Часто это происходит так: терапевт выписывает рецепт даже без анализа крови. Но организм может не отреагировать на этот препарат. Иногда человек пропивает несколько антибиотиков. Разве это нормальная ситуация?
— Я часто наблюдаю подобное, ведь к нам обращаются люди, которые говорят, что с первого дня врач из поликлиники прописал антибактериальный препарат, и он не помог. Это неправильно! Когда пациент обращается с явлениями ОРВИ, ему должен быть назначен противовирусный препарат. При этом нужно взять у больного общий анализ крови и посмотреть, что там. Я же наблюдаю тенденцию, что в поликлиниках общий анализ крови при катаральных симптомах очень редко кому назначают. А антибиотики выписывают порой наобум.
Врач при жалобах пациента на самочувствие обязательно должен задать следующий вопрос: когда последний раз он пил антибиотик и какой? Если человек принимал антибиотик месяц или три месяца назад, это может говорить о том, что данный препарат уже не чувствителен и не сработает.
В основном, все антибиотики, которые мы назначаем, имеют широкий спектр действия, то есть они влияют на многие бактерии. Как это происходит в стационаре? Когда поступает больной с бронхитом или пневмонией, мы назначаем антибиотики по клиническим рекомендациям — это препараты пенициллинового ряда защищённые, например, амоксиклав либо цефтриаксон. В течение трёх – пяти дней мы берём мокроту на микрофлору, и если видим, что препарат не чувствителен, меняем его. Но даже в случае, когда результаты на чувствительность ещё не готовы, так как анализ делается по правилам в течение определённого времени, мы смотрим за состоянием госпитализированного в течение 72 часов. Если ему стало лучше, то продолжаем ранее выбранную терапию. Если хуже — думаем о замене антибиотика даже без анализа мокроты.
Бывает, что больной резистентен ко многим антибиотикам. Однако сейчас наша больница закупает сильные современные препараты.
— Почему врачи в поликлиниках крайне редко назначают анализ на чувствительность к антибиотикам? Ведь именно он помогает подобрать более действенное лечение.
— На поликлиническом уровне я, действительно, очень редко встречаю такие анализы. Не могу отвечать за врачей первичного медицинского звена. Могу сказать за себя: есть стандарты, есть клинические рекомендации. Всё обследование и лечение я должна осуществлять с их учётом. А они гласят, что у всех больных, поступающих в наш стационар, берётся мокрота на чувствительность. Если вдруг мокроты нет, а такое бывает при сухом надсадном кашле, мы берём мазок из зева и носа на микрофлору. Это обязательные манипуляции.
Есть ли вера в арбидол?
— Вы упомянули, что пациенту с проявлениями ОРВИ назначается противовирусный препарат. Одно время врачи поголовно выписывали арбидол. Было много разных мнений о нём, в том числе негативных, мол, это «пустышка». Вы доверяете этому препарату?
— В больнице мы используем арбидол, осельтамивир при гриппе, ингавирин и два совершенно новых современных препарата — триазавирин и нобозит. Все они назначаются только врачом и в нужной дозировке!
Мы работаем по клиническим рекомендациям, в которых указан арбидол. Я ежегодно езжу в Санкт-Петербург на конференцию по вирусологии, и именитые профессора говорят о его клинически доказанном действии, приводя конкретные данные. Я в этот препарат верю.
— В одном из интервью наш известный медик Владимир Круглый заявил, что бактериальные инфекции могут выйти на первое место среди причин смертности, обогнав онкологию и сердечно-сосудистые заболевания. Как раз по причине устойчивость бактерий к антибиотикам. Вы согласны с этим?
— Наверное, нет. Насколько я вижу, больше больных умирает от сопутствующей патологии. В частности, от сердечно-сосудистых заболеваний. На втором месте выделила бы осложнения от сахарного диабета.
У нас нередко бывают случаи, когда привозят пациента с подозрением на пневмонию, а у него на самом деле инфаркт с отёком лёгких, часто такое встречается у лежачих людей. То есть пациент жалуется на боль в области грудной клетки, и приехавшие медики могут у него заподозрить гемостатическую пневмонию. Иногда «скорая» везёт к нам таких пациентов, не снимая ЭКГ. Мы же по стандартам обязаны всем делать ЭКГ. В результате наших исследований КТ показывает отёк лёгких, а ЭКГ — подъём определённых сегментов ST, то есть это инфаркт.
Не все болезни от нервов
— Встречала в медицинском сообществе два совершенно полярных утверждения: «все болезни от нервов» и «все болезни от инфекций». Вы к чему склоняетесь?
— Сложный вопрос. На мой взгляд, инфекции играют первую роль. Чисто наши инфекции, заразные, передаются воздушно-капельным, контактно-бытовым путём. А есть хирургические инфекции. Острый аппендицит, например. Вроде бы это не инфекционная патология, но она вызывается чаще всего бактерией либо паразитами. Или возьмём циститы, аднекситы — это тоже бактериальные инфекции.
Но и нервы надо беречь – стресс всегда усугублять патологию.
— На Ваш взгляд, за последние, скажем, 10 – 15 лет изменились вирусы и как?
— Я как раз работаю 15 лет. Могу сказать, что вирусы стали более агрессивными, коварными, они быстро видоизменяются.
— Вы работаете в самом пекле разных инфекций. Вам не бывает страшно заразиться?
— Наверное, я уже привыкла. За 2025 год к нам с туберкулёзом, например, обратилось 38 человек. Это много. Заболевание обнаруживалось методом КТ. То есть поступали пациенты с подозрением на пневмонию, а по факту у них был туберкулёз, в том числе и в открытой форме. Я это говорю к тому, что у нас практически все врачи-инфекционисты стоят на учёте в тубдиспансере по два года как контактные. Да, мы работаем защищённо, в респираторах, перчатках, но нас всё равно ставят на учёт. Сейчас немало родителей отказываются от прививки БЦЖ новорождённым. От пневмококковой инфекции практически никто не прививается. А ведь это большой риск заразиться не только пневмонией, но и отитом, менингитом. То ли люди не понимают этой угрозы, то ли плохо проинформированы…
Я всегда своим пациентам объясняю: даже если вы перенесли пневмонию, пожалуйста, через 6 месяцев сделайте прививку от пневмококковой инфекции. И от манту не нужно отказываться, так как она показывает реакцию организма на палочку Коха. Это всё очень важные мероприятия.
Вы спросили, страшно ли мне? Было страшно, когда работала с коронавирусной инфекцией. Тогда врачей старше 50 отстранили от таких пациентов, работали с ними молодые доктора. Было страшно. Боялась идти домой, потому что могла заразить свою семью. Даже была ситуация, когда мои родные изолировали меня…
Я никогда не думала, что заболею коронавирусом. Вот честно. Работая столько лет в инфекционном отделении и ведя пациентов в стационаре, заходила в палаты к больным с ветряной оспой без маски и не заражалась, могла контактировать с больным гриппом и тоже не заболевала. А вот когда пообщалась с пациентом с коронавирусом, – заболела и очень тяжело. Врачи диагностировали пневмонию, с которой лежала в стационаре, было 56% поражения лёгких…
Сейчас вот к нам обращаются пациенты, приехавшие из Африки, Индии. Они могут привезти всё, что угодно — холеру, различные лихорадки, брюшной тиф. Но… Такая моя работа.
Свежие комментарии